Решение по делу 22-5152/2017


Распечатать:     Сохранить:                            

Судья Череушенко Е.В. дело №22-5152/2017

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г.Барнаул 8 декабря 2017 года

Суд апелляционной инстанции Алтайского краевого суда в составе:

председательствующего     Владимировой Э.В.

судей:                 Снегирева А.Н., Кононовой Л.С.

при секретаре            Березко Е.С.

с участием:

прокурора                Тилилициной М.В.

осужденного             Шевченко А.Н.

адвоката                 Бугаевой Н.А.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Лотохова Е.В. и апелляционной жалобе осужденного Шевченко А.Н. на приговор Заринского городского суда Алтайского края от 13 октября 2017 года, которым

Шевченко А. Н., <данные изъяты>, не судимый,

- осужден по ч. 3 ст. 30 - п. «б» ч. 4 ст. 291 УК РФ (в редакции Федерального закона от 3 июля 2016 года №324-ФЗ) к штрафу в размере 1.400.000 рублей; на основании ч. 5 ст. 72 УК РФ, с учетом срока содержания под стражей с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ, постановлено смягчить назначенное наказание в виде штрафа до 1.000.000 рублей.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении постановлено отменить по вступлении приговора в законную силу.

Разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Снегирева А.Н., пояснения осужденного Шевченко А.Н. и адвоката Бугаевой Н.А., поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора Тилилициной М.В., настаивавшей на удовлетворении доводов апелляционного представления, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л:

Приговором Шевченко А.Н. признан виновным в том, что ДД.ММ.ГГ, в период с <данные изъяты> до <данные изъяты> часов, узнав о проведении сотрудниками отдела УФСБ России по Алтайскому краю в <адрес> в отношении него оперативно-розыскных мероприятий и намерении направить имеющиеся материалы в орган дознания или следствия в порядке ст.11 ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», ст.ст. 144-145, 151 УПК РФ, с целью дачи взятки в крупном размере должностному лицу – начальнику отделению УФСБ России по Алтайскому краю С5 за прекращение указанных оперативно-розыскных мероприятий и ненаправление имеющихся материалов в орган дознания или следствия, то есть за заведомо незаконное бездействие в пользу взяткодателя, находясь в служебном кабинете С5 по адресу <адрес>, предложил последнему услуги имущественного характера, предназначенные в качестве взятки за совершение вышеуказанного незаконного бездействия.

После чего ДД.ММ.ГГ и ДД.ММ.ГГ в период с <данные изъяты> до <данные изъяты> часов и с <данные изъяты> до <данные изъяты> часа соответственно, у здания по адресу <адрес> в <адрес>, Шевченко А.Н. оставил в перчаточном ящике панели автомобиля марки «<данные изъяты>», принадлежащем С5, по 100.000 рублей каждый раз, то есть, передал последнему денежные средства в сумме 200.000 рублей, что является крупным размером.

Преступление совершено при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании Шевченко А.Н. вину в совершении указанного преступления не признал.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Лотохов Е.В. полагает приговор незаконным, необоснованным и подлежащим изменению в связи с неправильным применением уголовного закона, существенным нарушением уголовно-процессуального закона, а также несправедливостью вследствие чрезмерной мягкости, не оспаривая при этом установленные судом фактические обстоятельства дела. Просит приговор изменить, назначить Шевченко А.Н. по ч. 3 ст. 30 - п. «б» ч. 4 ст. 291 УК РФ (в редакции ФЗ от 4 мая 2011 года № 97-ФЗ) наказание в виде 6 лет лишения свободы со штрафом в размере 60-кратной суммы взятки (12.000.000 рублей) с отбыванием основного наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии общего режима; в срок отбытого наказания зачесть содержание Шевченко А.Н. под стражей с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ.

В обоснование доводов указывает, что обстоятельства, которые суд признал смягчающими, связаны с данными о личности Шевченко А.Н., однако, они не уменьшают степень общественной опасности совершенного им умышленного тяжкого преступления. Обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, поведением осужденного во время либо после его совершения, а также других обстоятельств, уменьшающих степень общественной опасности содеянного, в приговоре не приведено. Преступление, совершенное осужденным, характеризуется повышенной общественной опасностью и относится к категории коррупционной направленности.

Обращает внимание, что в связи с уклонением от явки в суд в отношении Шевченко А.Н. избиралась мера пресечения в виде содержания под стражей; попытка сокрытия от правосудия (в том числе путем выезда за пределы Российской Федерации) характеризует осужденного как лицо с устойчивым негативным отношением к закону.

По мнению автора представления, признав Шевченко А.Н. виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 - п. «б» ч. 4 ст. 291 УК РФ в редакции Федерального закона от 3 июля 2016 года № 324-Ф3, суд не принял во внимание положения ст. 10 УК РФ, поскольку, вопреки мнению суда, указанная редакция уголовного закона не улучшает, а ухудшает положение виновного, а само преступление, совершенное осужденным, в ныне действующей редакции УК РФ относится к категории особо тяжких, в то время как в предыдущей редакции Федерального закона данное деяние законодателем было отнесено к тяжким преступлениям; нарушены положения ч. 3 ст. 1 УПК РФ, ст. 66 Конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам, заключенной в г.Минске 22 января 1993 года, поскольку Шевченко А.Н. выдан Республикой Казахстан Российской Федерации в рамках соответствующего процесса экстрадиции в связи с обвинением в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 - п. «б» ч. 4 ст. 291 УК РФ именно в редакции Федерального закона 4 мая 2011 года № 97-ФЗ.

В апелляционной жалобе осужденный Шевченко А.Н. просит приговор отменить, как незаконный, вынести оправдательный приговор, указывая, что в его действиях отсутствует мотив, то есть с какой целью он пытался предлагать взятку С5. Так, он лично в ДД.ММ.ГГ обратился в правоохранительные органы с информационным сообщением о том, что индивидуальный предприниматель С10 занимается скупкой краденного леса в <адрес>, при этом подробно излагая свою версию произошедшего, аналогично заявленной им в суде первой инстанции. Указывает, что С9 без его ведома забрал лес, переданный на ответственное хранение и хранившийся на территории государственного лесного фонда, а после стал предъявлять претензии, что лес получил не в том объеме, в котором его изымали, в связи с чем в дальнейшем проверку стали проводить в отношении него самого (Шевченко).

По мнению автора жалобы, обвинение основано на незаконном прослушивании телефонных переговоров и записях между ним и С9, которые ничего не доказывают; не установлена принадлежность леса, а документы, подтверждающие его принадлежность С9, свидетели, которые подтвердили бы факт продажи леса С9, отсутствуют; сотрудники ФСБ не разобрались в сложившейся ситуации, позволив С9 забрать лес в объеме <данные изъяты> куб.м., чем нанесли ущерб государству.

Настаивает, что со стороны С5 на него оказывалось давление, имела место провокация на определенные действия; сотрудниками УФСБ применялись различные недозволенные средства, такие как прослушивание телефона, установление диктофона в рабочем кабинете. Наличие в его адрес угроз подтвердили в судебном заседании свидетели С4 и С11.

После указанных событий состояние его здоровья ухудшилось, им перенесен инфаркт, в ДД.ММ.ГГ назначена группа инвалидности пожизненно.

Также, автор жалобы полагает, что суд должным образом не исследовал и не дал соответствующей юридической оценки детализации телефонных соединений между ним и С5 в ДД.ММ.ГГ, лингвистическая экспертиза проведена не по всем звонкам, в связи с чем не может служить доказательством его вины. Обращает внимание, что ДД.ММ.ГГ С5 сам позвонил и назначил встречу, при этом ДД.ММ.ГГ с помощью угроз заставил его (Шевченко) приехать на встречу, несмотря на то, что днем раньше последний отказался от встречи; кроме того, при встрече ДД.ММ.ГГ свидетелей не было.

Анализируя детализацию телефонных соединений, приходит к выводу о том, что ДД.ММ.ГГ в период времени с <данные изъяты> часов <данные изъяты> минут С5 не мог находиться у <адрес> по <адрес>, поскольку отвечал на его (Шевченко) звонок по стационарному телефону.

Кроме того, по мнению автора жалобы, судом нарушено его право на защиту, поскольку отказано в удовлетворении ходатайства о вызове и допросе в качестве свидетеля со стороны защиты С1; без объяснения причины отвергнуты показания свидетелей С4 и С11; в ходе судебного следствия свидетель С3 допрошен поверхностно; ходатайства, заявленные в ходе судебного заседания ДД.ММ.ГГ о признании недопустимыми доказательствами и исключении ряда документов, поскольку они содержат недостоверную информацию относительно даты его рождения, немотивированно оставлены без удовлетворения.

Также обращает внимание на заявление С5 в суде о проведении им в отношении С3 ОРМ «Опрос», что опровергает выводы суда о том, что указанные свидетели не были знакомы; в основу приговора положены показания С8, С2 и С7, которые ДД.ММ.ГГ не могли наблюдать из автомобиля за действиями его и С5, поскольку в суде не могли схематически указать место своего наблюдения; на предоставленных схемах указывали совершенно противоположные места; по мнению автора жалобы, невозможно сидя в автомобиле наблюдать за происходящим; при этом С5 не велась видеосъемка передачи денежных средств, не велась видеосъемка и С7 вместе со свидетелями С8 и С2.

В возражениях на апелляционное представление прокурора осужденный Шевченко А.Н. просит доводы государственного обвинителя Лотохова Е.В. оставить без удовлетворения.

Проверив материалы дела, суд апелляционной инстанции принимает следующее решение.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, выводы суда о виновности осужденного в совершении указанного в приговоре преступления при обстоятельствах, изложенных в его описательно-мотивировочной части, основаны на исследованных в судебном заседании доказательствах, содержание которых в приговоре раскрыто. Каждое доказательство оценивалось судом с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а в совокупности – достаточности для постановления обвинительного приговора, как того требует ст. 88 УПК РФ. Мотивы принятого судом решения по результатам оценки доказательств изложены в приговоре в соответствии со ст. 307 УПК РФ.

    Оснований не согласиться с такой оценкой доказательств суд апелляционной инстанции не находит.

    Вина Шевченко А.Н. в совершении преступления подтверждена: показаниями свидетеля С5 – сотрудника УФСБ - о том, что в связи с наличием информации о вымогательстве имущества у предпринимателя С9, занимавшегося лесозаготовкой, в отношении Шевченко проводились оперативно-розыскные мероприятия, который ДД.ММ.ГГ обратился к нему, предложив за прекращение проверки в отношении него (Шевченко) и предотвращение возможного привлечения к ответственности - долю в бизнесе, а в дальнейшем в течение ДД.ММ.ГГ-ДД.ММ.ГГ за это передал в 2 этапа 200.000 рублей в рамках оперативно-розыскного мероприятия «оперативный эксперимент»; аналогичными показаниями свидетеля С7 – оперуполномоченного УФСБ; показаниями свидетелей С8, С2, С6 и С9, об обстоятельствах их участия ДД.ММ.ГГ и ДД.ММ.ГГ соответственно в качестве понятых в проводимых сотрудниками УФСБ мероприятиях и наблюдавших за автомобилем С5; результатами оперативно-розыскной деятельности; протоколами обследования транспортного средства и личного досмотра, актом добровольной выдачи; заключением лингвистической экспертизы о содержании и предмете разговора между С5 и Шевченко, его инициаторе; материалами доследственных проверок.

Суд создал все необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления представленных им прав. Все представленные сторонами доказательства были исследованы, заявленные ходатайства, включая ходатайство о допросе свидетеля со стороны защиты С1 (том 5, л.д. 118), на что обращено внимание в жалобе, судом разрешены в установленном законом порядке и по ним приняты мотивированные и правильные решения, что следует из протокола судебного заседания и приговора.

Вопреки доводам жалобы суд обоснованно положил в основу приговора показания свидетелей обвинения, полученные с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, взаимосвязанные между собой и с другими доказательствами по делу. В показаниях указанных свидетелей содержатся достоверные сведения о фактах и обстоятельствах, относящихся к предмету доказывания по настоящему делу. Как в ходе предварительного следствия по делу, так и в судебном заседании свидетели допрошены с соблюдением положений уголовно-процессуального кодекса. Перед началом допроса всем свидетелям разъяснялись их процессуальные права и обязанности, предупреждались за дачу заведомо ложных показаний. В связи с чем доводы жалобы осужденного о недостоверности показаний, данных свидетелями С2, С8 и С7 суд апелляционной инстанции находит безосновательными. Отдельные противоречия в их показаниях относительно времени интересующих событий и месте расположения автомобилей, из которых производилось наблюдение за автомобилем С5, судом обоснованно расценены, как несущественные и возникшие ввиду давности произошедших событий. Представленные осужденным фотографии прилегающей к зданию ДК «<данные изъяты>» территории, также не опровергают возможности наблюдения вышеуказанными свидетелями оспариваемых событий. Проведение же видеозаписи событий ДД.ММ.ГГ, на что обращено внимание осужденным в жалобе, не является обязательным.

Представленная же осужденным детализация телефонных соединений не опровергает возможность участия С5 в оперативно-розыскных мероприятиях ДД.ММ.ГГ, поскольку не позволяет достоверно установить между кем именно состоялись в этот день телефонные соединения.

    Также судом обоснованно в основу приговора положены показания свидетелей С5 и С7, поскольку они последовательны и подтверждены другими доказательствами, которые обоснованно признаны судом первой инстанции допустимыми, поскольку получены в соответствии с требованиями Закона "Об оперативно-розыскной деятельности", уголовно-процессуального закона, проверены на предмет относимости, допустимости и достоверности, в частности, согласуются с содержанием разговоров между С5 и Шевченко, зафиксированных в ходе ОРМ. Исполнение указанными лицами возложенных на них законом служебных обязанностей основанием для признания их показаний недостоверными не является и не свидетельствует о заинтересованности указанных лиц в исходе дела.

    Обстоятельств, в силу которых свидетели оговаривают осужденного, судом первой инстанции установлено не было, не представлено таковых и суду апелляционной инстанции.

    Показания осужденного Шевченко А.Н., отрицавшего свою вину, однако не отрицавшего фактов передачи денежных средств С5 под влиянием угроз, оценены в совокупности со всеми исследованными доказательствами, при этом суд обоснованно отнесся к ним критически и расценил их как избранный способ защиты, а показания свидетелей защиты С11 и С4 – коллег осужденного – о высказывании сотрудниками ФСБ угроз в отношении Шевченко, как желание помочь последнему избежать ответственности за содеянное, надлежаще мотивировав свое решение, с которым у суда апелляционной инстанции оснований не согласиться нет.

Доводы жалобы о недопустимости результатов оперативно-розыскных мероприятий, о том, что действия сотрудников правоохранительных органов носили провокационный и подстрекательский характер, проверялись судом первой инстанции, получили надлежащую оценку, оснований не согласится с которой, не имеется.

Судом достоверно установлено, что именно Шевченко А.Н. проявил инициативу и начал вести переговоры с С5 о прекращении проводимых в отношении него оперативно-розыскных мероприятий и ненаправлении материалов оперативно-розыскной деятельности в орган дознания или следствия, при этом содержание зафиксированных разговоров также свидетельствуют о том, что инициатива в получении денежных средств исходила не от начальника отделения УФСБ России по Алтайскому краю в <адрес> С5, как это пытается представить Шевченко А.Н.

Вопреки доводам жалобы, оперативно-розыскные мероприятия были проведены в соответствии с требованиями Федерального закона от 12 августа 1995 г. N 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности». Так, постановление о проведение оперативно-розыскного мероприятия «Оперативный эксперимент» было вынесено правомочным должностным лицом - заместителем начальника СЭБ УФСБ России по Алтайскому краю, утверждено врио начальника УФСБ России М., что соответствует требованиям ФЗ «Об ОРД», в котором имелось указание на поступившую информацию в отношении Шевченко А.Н. о намерении дачи взятки С5 за прекращение в отношении него проверочных мероприятий по факту его (Шевченко) возможной противоправной деятельности, что подтверждается исследованными судом материалами доследственной проверки, при этом указаны основания проведения ОРМ, а также что оно проводится с целью документирования преступной деятельности фигуранта.

Таким образом, проведение оперативных мероприятий было документально оформлено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, результаты проведенных мероприятий рассекречены в установленном законом порядке и исследовались в судебном заседании. При этом действия оперативных сотрудников были направлены на проверку имеющихся сведений о незаконных действиях Шевченко А.Н., пресечение и раскрытие данного преступления, какая-либо провокация, незаконные, противоправные действия в отношении осужденного со стороны сотрудников правоохранительных органов не усматриваются. Иные доводы, на которые обращено внимание в жалобе, касающиеся проведения и предоставления результатов ОРМ не влияют на законность и обоснованность состоявшегося судебного решения, поэтому судом апелляционной инстанции отклоняются как несостоятельные.

Признаки провокации в действиях должностного лица могут иметь место лишь в случае, когда умысел виновного на совершение преступления формируется в результате этих действий.

Вместе с тем, из показаний свидетелей С5 и С7 следует, что встреча, в ходе которой Шевченко обратился к С5 с просьбой уладить вопрос, то есть прекратить проверку в отношении него, состоялась именно по инициативе осужденного. Проведение оперативно-розыскных мероприятий в отношении Шевченко подтверждается исследованными судом материалами доследственной проверки ***. Вынесение же по результатам проверок постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела не свидетельствует об отсутствии у сотрудников ФСБ оснований для проведения оперативно-розыскных мероприятий, об оказании на Шевченко какого-либо давления, об отсутствии у него мотива для дачи взятки в рассматриваемый период времени.

Кроме того, согласно выводам исследованного судом заключения эксперта ***, инициатива передачи имущества или права на него либо денежных средств, эквивалентных стоимости имущества, исходит от Шевченко А.Н., что позволило суду в деталях установить преступную мотивацию действий осужденного. Согласно указанному заключению эксперта от ДД.ММ.ГГ *** в исследованных разговорах не обнаружены речевые признаки предварительной договоренности о передаче денежных средств, оказания услуг имущественного характера, не зафиксированной в представленных материалах. Сама экспертиза назначена и проведена с соблюдением требований УПК РФ и оснований сомневаться в обоснованности выводов эксперта у суда первой инстанции обоснованно не имелось, не названо убедительных оснований для этого и суду апелляционной инстанции.

Таким образом, Шевченко А.Н. действовал независимо от деятельности оперативных сотрудников, никто его к даче взятки не склонял, не уговаривал и не понуждал, в связи с чем доводы жалобы о том, что Шевченко А.Н. был спровоцирован на преступление С5 несостоятельны.

Неверное указание в отдельных документах оперативно-розыскной деятельности года рождения Шевченко А.Н. судом первой инстанции обоснованно расценено как техническая ошибка, не влекущая признание результатов оперативно-розыскной деятельности недопустимыми доказательствами, поскольку данное обстоятельство не свидетельствует о том, что оперативно-розыскные мероприятия проводились в отношении иного лица.

Правильно установив фактические обстоятельства, суд обоснованно квалифицировал действия Шевченко А.Н. по ч. 3 ст. 30 - п. «б» ч. 4 ст. 291 УК РФ, как покушение на дачу взятки должностному лицу лично за совершение заведомо незаконного бездействия, в крупном размере.

Из материалов дела следует, что Шевченко настаивал на передаче денежных средств, сумму которых он определил самостоятельно, с целью добиться прекращения проводимой в отношении него сотрудником УФСБ России по Алтайскому краю С5 проверки и предотвращения возможного привлечения к ответственности.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции находит несостоятельными доводы жалобы осужденного об отсутствии в деле доказательств совершения им преступления и необходимости его оправдания. Совокупность исследованных доказательств является, по мнению суда апелляционной инстанции, достаточной для выводов суда о виновности осужденного, никаких предположений и противоречий в выводах суда не имеется.

    Размер взятки как крупный определен судом первой инстанции верно на основании п. 1 Примечания к ст. 290 УК РФ.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции считает необходимым приговор изменить по основаниям, указанным в апелляционном представлении, довод которого о необоснованной квалификации действий виновного по указанной статье УК РФ, но в новой редакции закона, заслуживает внимания.

Так, частью 1 статьи 10 УК РФ установлено, что уголовный закон, устраняющий преступность деяния, смягчающий наказание или иным образом улучшающий положение лица, совершившего преступление, имеет обратную силу, то есть распространяется на лиц, совершивших соответствующие деяния до вступления такого закона в силу, в том числе на лиц, отбывающих наказание или отбывших наказание, но имеющих судимость. Уголовный закон, устанавливающий преступность деяния, усиливающий наказание или иным образом ухудшающий положение лица, обратной силы не имеет.

Федеральным законом N 324-ФЗ от 03.07.2016 года в санкцию ч. 4 ст. 291 УК РФ внесены изменения ухудшающие положение осужденного, поскольку с учетом измененной санкции в виде лишения свободы, преступление, относившееся к категории тяжких, стало особо тяжким, что оставлено без внимания судом первой инстанции.

Учитывая, что допущенные судом первой инстанции нарушения требований уголовного закона могут быть устранены в суде апелляционной инстанции, принимая во внимание положения ст. 389.26 ч. 1 п. 1 УПК РФ, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены приговора и передачи дела на новое судебное разбирательство и приходит к выводу о том, что приговор суда первой инстанции подлежит изменению на основании ст. ст. 389.15, 389.18 УПК РФ.

Таким образом, действия Шевченко А.Н., имевшие место в ДД.ММ.ГГ, подлежат переквалификации с ч. 3 ст. 30 – п. «б» ч. 4 ст. 291 УК РФ (в редакции Федерального закона от 3 июля 2016 года №324-ФЗ) на ч. 3 ст. 30 – п. «б» ч. 4 ст. 291 УК РФ (в редакции Федерального закона от 4 мая 2011 года № 97-ФЗ).

При решении вопроса о виде и размере наказания, назначаемого Шевченко А.Н. по ч. 3 ст. 30 – п. «б» ч. 4 ст. 291 УК РФ (в редакции Федерального закона от 4 мая 2011 года № 97-ФЗ), суд апелляционной инстанции в соответствии со ст. 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, его личность, в том числе обстоятельства, смягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Так, Шевченко А.Н. совершено умышленное неоконченное тяжкое преступление, посягающее на нормальное функционирование государственной власти и носящее коррупционный характер, что свидетельствует о его характере и повышенной степени общественной опасности.

Как личность Шевченко А.Н. характеризуется следующим образом: ранее не судим и к уголовной ответственности не привлекался, на учете в наркологическом и психиатрическом диспансерах не состоит, по месту жительства и месту предыдущей работы характеризуется исключительно положительно, имеет инвалидность по общему заболеванию.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание, суд признает и учитывает: положительные характеристики по месту жительства и прежнему месту работы, состояние здоровья осужденного, в том числе, наличие у него инвалидности, совершения преступления впервые, наличие несовершеннолетнего ребенка.

Иных обстоятельств, смягчающих наказание виновного, прямо предусмотренных ч. 1 ст. 61 УК РФ, не имеется, в то же время признание в качестве таковых обстоятельств, не закрепленных данной нормой, в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ является правом суда, а не его обязанностью. Суд, обсудив данный вопрос, не находит оснований для отнесения к смягчающим наказание обстоятельствам иных, кроме перечисленных выше.

Отягчающих наказание обстоятельств по делу не установлено.

С учетом требований ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ, совокупности вышеприведенных обстоятельств, суд полагает возможным назначить Шевченко А.Н. наказание за содеянное в виде штрафа, при определении размера которого суд учитывает тяжесть совершенного преступления, имущественное положение осужденного и его семьи, а также возможность получения им заработной платы или иного дохода. При этом суд исходит из того, что Шевченко А.Н. находится хоть и в трудоспособном возрасте, однако имеет инвалидность <данные изъяты> группы по общему заболеванию.

Кроме того, по мнению суда апелляционной инстанции, совокупность приведенных выше смягчающих наказание обстоятельств, которые суд признает исключительными, существенно уменьшающими степень общественной опасности содеянного, а также отсутствие отягчающих обстоятельств, позволяет назначить осужденному вышеуказанное наказание с применением ст. 64 УК РФ, т.е. ниже низшего предела, предусмотренного санкцией статьи, без дополнительного наказания в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью.

Вместе с тем, с учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности, суд не усматривает оснований для применения к осужденному положений ч. 6 ст. 15 УК РФ. При этом, суд приходит к выводу о том, что только в таком случае будут достигнуты закрепленные уголовным законом цели наказания – восстановление социальной справедливости, исправление осужденного и предупреждение совершения новых преступлений.

С учетом требований ч. 5 ст. 72 УК РФ, учитывая, что Шевченко А.Н. период времени с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ содержался под стражей, суд полагает возможным смягчить ему наказание в виде штрафа.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, которые путем лишения либо ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного и обоснованного приговора, по делу не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь требованиями ст.ст. 389.13, 389.20, 389.26, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

О П Р Е Д Е Л И Л :

приговор Заринского городского суда Алтайского края от 13 октября 2017 года в отношении Шевченко А. Н. изменить.

Переквалифицировать его действия с ч. 3 ст. 30 – п. «б» ч. 4 ст. 291 УК РФ (в редакции Федерального закона от 3 июля 2016 года №324-ФЗ) на ч. 3 ст. 30 – п. «б» ч. 4 ст. 291 УК РФ (в редакции Федерального закона от 4 мая 2011 года № 97-ФЗ) и назначить наказание с применением ст. 64 УК РФ в виде штрафа в размере шестикратной суммы взятки - 1.200.000 (Один миллион двести тысяч) рублей.

На основании ч. 5 ст. 72 УК РФ, с учетом срока содержания Шевченко А.Н. до постановления приговора под стражей с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ, смягчить назначенное наказание в виде штрафа до 800.000 (Восемьсот тысяч) рублей.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя удовлетворить частично, апелляционную жалобу осужденного оставить без удовлетворения.

Председательствующий:         Э.В. Владимирова

судьи:         А.Н. Снегирев

            Л.С. Кононова


Распечатать:     Сохранить:                            


Источник документа
Источник карточки дела